Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение

«Городской информационно-методический центр «Семья»


Приоритетные направления деятельности центра:

- обобщение накопленного опыта работы городских учреждений социальной сферы

- работа с персоналом государственных учреждений социального обслуживания: повышение квалификации работников и подготовка их к прохождению профессиональной аттестации










Вопросы личностно-профессионального совершенствования специалиста по работе с семьей

Вы находитесь здесь:


Вопросы личностно-профессионального совершенствования специалиста по работе с семьей

 

Ю.В. Рюмина, старший методист – начальник сектора организации и учебно-методического обеспечения повышения квалификации отдела организации и проведения процесса профессиональной подготовки и повышения квалификации

 

   Статья посвящена вопросам межличностного общения специалистов по работе с семьей и клиентов учреждений социальной помощи семьям и детям. Рассматриваются возможности системно-деятельностного подхода, который ориентирует специалиста на понимание причинно-следственных связей в поведении клиента. Решения, поступки, деятельность или бездействие клиента рассматриваются во взаимосвязи его потребностей, интересов, мировоззрения, убеждений и установок, жизненного опыта, особенностей психики и свойств личности.

 

   Специалист учреждения социального обслуживания населения должен иметь профессиональную подготовку, соответствовать квалификационным требованиям своей  профессии, повышать свою квалификацию и профессиональное мастерство.  Особое значение имеет способность специалистов руководствоваться в работе принципами гуманности, справедливости, объективности и доброжелательности. Эффективность специалиста, оказывающего помощь ребенку и семье, зависит от его гуманности (личностной готовности к сочувствию и оказанию помощи нуждающимся), от способности быть благорасположенным и в тоже время беспристрастным.

   Данные качества имеют ценностную природу и выражаются в том, что благо другого человека становится ведущим мотивом профессиональной деятельности  специалиста.  Однако нельзя забывать, что даже самая благожелательная помощь даст положительный результат тогда, когда в основе её имеется понимание ситуации и человека, которому эта помощь оказывается.

   Становление нравственных гуманистических убеждений основывается на духовном опыте человека, на свободном и осознанном освоении моральных норм, на раскрытии в себе высшего человеческого качества.  А это значит – на принятии идеалов любви, доброты, благородства, жертвенности, и желании построить свою жизнь на  основе этих норм и идеалов. Человек проходит этот путь, вдохновляясь примером  своих родителей, близких, педагогов, специалистов, деятелей науки и искусства - тех достойных людей, с судьбами которых он соприкасается. В этом смысле возможности любой программы повышения квалификации весьма ограничены. Другая составляющая гуманности связанная  с  пониманием другого человека – это способность благожелательно войти в ситуации клиента, беспристрастно оценить объективные условия, в которых человек находится, и оказать именно ту помощь, в которой он нуждается. Фразеологизмы «демьянова уха» и «медвежья услуга» отражают неудачу на этом пути.  Нужно хорошо понимать другого человека, его нужды, его слабости и достоинства, чтобы своим действием принести ему добро. Кроме этого специалисту помогающей профессии нужно хорошо понимать и самого себя со своими мотивами и возможностями, объективные условия ситуации, в которой он находится. Медвежья услуга страшна не только для того, кому она оказывается, но и для того, кто её оказывает. Она страшна тем, что приводит к разочарованию и притуплению духовного чувства, которое побуждает человека делать добро.

   Затруднения такого вида может и должна решать ведомственная система повышения квалификации специалистов учреждений социальной защиты семьи и детей. Мы считаем, что практическая часть любой программы повышения квалификации должна содержать раздел «Практикум профессионального общения», нацеленный на понимание той группы клиентов, с которой работают обучающиеся специалисты, на развитие личностной готовности оказывать им действенную помощь.

   Социально-педагогическая, социально-психологическая помощь ребенку и семье заключается, прежде всего, в создании таких условий, чтобы клиент смог более успешно организовать свою деятельность: учебную, трудовую, воспитательную и др.  Эта мысль отражена в Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012 - 2017 годы», которая призывает специалистов социальной сферы использовать  «технологии помощи, ориентированные на развитие внутренних ресурсов семьи».

   Проектируя содержание практикума профессионального общения мы используем системно-деятельностный подход. Этот подход ориентирует специалиста на понимание причинно-следственных связей в поведении клиента. Решения, поступки, деятельность или бездействие клиента рассматриваются во взаимосвязи его потребностей, интересов, мировоззрения, убеждений и установок, жизненного опыта, особенностей психики и свойств личности, то есть как его индивидуальная психологическая система деятельности.

   Основополагающий элемент системы деятельности: жизненные ценности человека, его представления о собственном благополучии и благополучии семьи,  мотивы, которые определяют его деятельность.

   Во-первых, жизненные ценности клиента и специалиста могут принципиально отличаться и тогда специалисту необходимо научиться осознавать это различие и оказывать помощь в рамках мировоззрения клиента, а не своего собственного. Приведем пример: женщина, мать двоих детей, имеющая низкий доход, узнав о своей новой беременности искала помощь, так как не представляла, как обеспечить себя и детей в сложившейся ситуации. Специалист стал обсуждать с ней перспективу сделать аборт. Это привело к потере взаимопонимания: женщина больше не пришла на прием, так как жизнь её нарожденного ребенка была для неё несомненной ценностью.

   Во-вторых, клиент может запутаться в противоречивых ценностях и мотивах: совершенно искренне озвучивать одни мотивы, а на практике следовать другим. Часто на приеме мать говорит о том, что ребенка необходимо изолировать от отца, который может принести ему вред. Но истинным мотивом является не защита сына или дочери, а месть бывшему супругу. Деструктивные мотивы (протест, самоутверждение за чужой счет, месть и др.) могут захватить личность клиента, при этом деструктивные действия будут маскироваться под благородные.

   В третьих, говоря о жизненных ценностях, приходится учитывать нередкие случаи, когда представление о должном катастрофически изменено в результате зависимости. Пагубное пристрастие к наркотикам, алкоголю, азартным или компьютерным играм вытесняет большинство истинных ценностей. Специалист, впервые столкнувшийся с такой личностной проблемой клиента, зачастую не может себе представить до какой степени у того сужено пространство мотивов.

   В-четвертых, клиентами социальной службы могут стать люди, ценностная сфера которых смещена в криминальную зону. От типичной для нашего города ситуации «черного» заработка до … преступлений любой тяжести. Исключая для себя возможность искренности, клиент будет обманывать и, возможно, манипулировать специалистом.

   Решение о начале той или иной деятельности принимается человеком не только на основе мотива. Не меньшее значение имеетоценка ситуации, которая включает внутреннюю и внешнюю составляющую. Человек ставит для себя цель и начинает двигаться к ней  тогда, когда он чувствует определенную внутреннюю готовность, и кроме того, внешние обстоятельства воспринимает как подходящие. И то и другое в значительной степени зависит от предыдущего опыта. Если опыт негативный, то ситуация с большой степенью вероятности будет восприниматься как неподходящая. Особенно это имеет отношение к клиентам с невысоким уровнем социальной адаптации. Часто бывает, что робкая, неуверенная в себе женщина, получив опыт грубого отношения к себе в государственном учреждении, больше не обращается ни в какие социальные службы, так как оценивает себя как человека, не способного ничего добиться, а всех специалистов как людей, враждебных к ней.

   Но даже если клиент оказался на приеме социальной службы, его опыт может диктовать ему предвзятое отношение к специалисту, которое может проявляться в закрытости, враждебности, безразличии и др.

   О.С. Куценко в книге «Аборт или Рождение? Две чаши весов» описывает пять типов поведения женщин на консультации [Куцено О.С. 2010]:

   1. Агрессивная закрытость (установка «Я и без вас все знаю, не ваше дело»). Женщина дает односложные ответы. Воспринимает вопросы как копание в душе.

   Важно говорить мягким тоном. Сосредоточиться на информации, которая может быть полезна. Задавать вопросы о развитии ребенка. Попытаться найти вопросы, которые родитель готов обсуждать. Консультация длится не более 15-20 минут, если не удается  заинтересовать женщину какой-то темой. Основной результат:  информирование, передача информационных буклетов, телефонов и адресов других организаций, сайтов.

   2. Молчаливое недоверие (страх и недоверие к работникам центра, психологам вообще) свойственно для конформных, подозрительных женщин с низким уровнем рефлексии; они могут быть в зависимых отношениях с супругами, матерями. Тоже дают односложные ответы, но более отзывчивы, чем представительницы первой группы. Готовы слушать, по этому консультация может длиться до 30 минут. Берут информационные материалы и, как правило, их читают. Откликаются на реальные предложения помощи. Задача консультанта — понять по отрывочным репликам, что действительно волнует женщину, предложить тему, которая найдет отклик.

   3. Частичная открытость. Женщина может без большого желания говорить о проблемах семьи, частично раскрывает свое видение проблем, что происходит преимущественно в ходе ответов на вопросы консультанта. Если возникнет расположение к нему, беседа может стать содержательной и продлиться до часа.  Не показывает свои эмоции. Информационные материалы берет, но на повторную консультацию приходит редко. Задача консультанта -   поддержать женщину в проявлении и осознании своих чувств.

   4. Доверительная открытость. Женщина спокойно рассказывает о своих трудностях и сомнениях. Спрашивает совета, открыта в проявлении эмоций. Возможно эффективное и глубокое продолжение консультирования. Стремятся привести на консультации других членов семьи. Переживание семейного кризиса способно вывести на новый уровень личностного развития.

   5. Активный поиск (требование помощи). Женщина сама находит психолога. Спрашивают совета, настойчивы в решении проблем, открыто проявляют эмоции. При этом они часто не готовы к рефлексии, самоанализу, уходят от психологической работы. Нацелены на то, чтобы психолог работал с другими членами семьи. Ждут, что их проблемы решит кто-то другой. Социальные службы часто приписывают их к разряду «иждевенцев и требователей».

   Мы видим, что О.С. Куценко предлагает в каждом случае, когда клиентка воспринимает ситуацию как враждебную и опасную, искать дополнительные мотивы для её сотрудничества с социальной службой, которые стали бы стимулом для преодоления негативного стереотипа.

   Здесь необходимо отметить, что  жизненный опыт клиента социальной службы может до такой степени отличается от опыта специалиста, что последний буквально не в состоянии вынести его. Руководитель общественной организации «Светлица» Ольга Лукоянова рассказывает, что социальные педагоги, имеющие  только умозрительное представление о быте многодетной семьи, первый раз попадая в квартиру, испытывают своеобразный «культурный шок». Кухня, завешенная сушащимся бельем, десятилитровая кастрюля супа на плите, снующие туда-сюда дети, до такой степени не соответствуют представлениям о норме человека, который вырос в семье, где был единственным ребенком, что ему нужно большое усилие, чтобы принять «другую реальность».

   Специалист, принимая решение о той или иной стратегии сопровождения клиента или всей семьи, "проецирует" своё понимание ситуации. Чем глубже специалист понимает мотивы и восприятие ситуации клиентом (и, в тоже время, ограниченность своего собственного восприятия ситуации), тем объективнее и гуманнее он выстраивает взаимодействие с ним.

   В этом смысле особое значение имеет профессиональная рефлексия специалиста.

   Рефлексия - родовая способность человека, «обращение сознания на самое себя, на внутренний мир человека, на его место во взаимоотношениях с другими, на формы и способы познавательной и преобразующей деятельности» [Слободчиков В.И., Исаев Е.И., 1996].

   Только профессиональная рефлексия  делает деятельность специалиста саморазвивающимся процессом, является условием и средством его профессионального становления [Михалев Г.С., 2007].

   Выделим педагогическую составляющую профессиональной рефлексии специалиста:

   1) осознание подлинных мотивов и сущности профессиональной деятельности;

   2) умение дифференцировать собственные профессиональные проблемы и задачи от затруднений и задач учащихся;

   3) способность специалиста поставить себя на место другого, увидеть свое «Я» и происходящее глазами участников образовательного процесса;

   4) способность адекватно оценивать свою профессиональную деятельность в целях её корректировки (соотносить «Я-реальное», «Я-идеальное», «Я-потенциальное» на основе потребности в самосовершенствовании);

   Мотивация любой деятельности (в частности, социально-педагогической), как правило, осознается человеком лишь частично. Приступая к практической деятельности специалисту нужно максимально вывести свои мотивы в сферу сознания.

   Каковы же основные мотивации поведения, которые должен знать специалист, чтобы в процессе рефлексии учиться понимать смыслы деятельности (как собственные, как и других участников профессионального взаимодействия)?

   Проблема врожденного и приобретенного в мотивации определяется тем, что многие составляющие человеческой активности уходят корнями в предысторию человека. Это, прежде всего, относится к безусловно-рефлекторным компонентам поведения, направленного на удовлетворение биологических потребностей. Базовый, первичный характер отмеченных мотиваций приводит к тому, что их действие часто не осознается, но оказывают существенное влияние на поведение человека, в том числе на особенности его деятельности.

   Теории личности дают различные наборы основных мотиваций человека. Мотивации, выделенные Фрейдом в психоанализе - это стремление к выживанию, стремление к господству над окружающим, к сексуальному удовлетворению, эдипов комплекс, стремление к смерти; Эрих Фромм добавил к мотивациям, выделенным Фрейдом, нарциссизм, стремление к власти и стремление подчинить себя другим, любовь и ненависть, наслаждение чувственным удовольствием и страх перед ним; Карл Густав Юнг дополнил перечень базовых потребностей учением "о коллективном бессознательном", согласно которому у человека врожденными являются архетипы, представляющие не индивидуальное, а коллективное бессознательное. Архетипы представляют общечеловеческие первообразы, отражающие опыт прежних поколений и зафиксированные подсознанием; Альфред Адлер считал главным источником мотивации стремление к самоутверждению как компенсацию возникшего в раннем детстве чувства неполноценности.

   Отечественная философия и педагогика большое значение уделяют высшим, духовным потребностям человека, мотивирующим поиск смысла жизни, жизнь по совести и др. [Берсенева Т.А., 2004].

   Специалист должен уметь анализировать не только потребности, определяющие как его мотивацию, так и мотивацию клиента, но и остальные компоненты функциональной психологической системы деятельности.

   Процесс рефлексии – это всегда творческое действие, которое осуществляется с помощью практических психолого-педагогических методик, широко представленных в современной практической психологии и арт-педагогике. Вопрос профессиональной рефлексии социально-педагогической деятельности, имеет этическую природу. Мы убеждены в том, что специалист социальной сферы, работающий с семьей, только тогда может считаться профессионалом, когда он способен к профессиональной рефлексии своей деятельности,  максимально выводящей все её компоненты на уровень сознания.

   Глубокое понимание себя и клиента должно лежать в основе профессионального общения специалиста социальной сферы.

   Создать условия, для того, чтобы он мог совершенствоваться на этом пути – задача ведомственной системы повышения квалификации.

 

Литература:

  1. Берсенева Т.А. Духовно-нравственные ценности и ориентации в мировоззрение старшеклассников и учителей: Монография.- СПб.: СПбАППО, 2004
  2. Гершунский Б.С. Философия образования для XXI века. (В поисках практико-ориентированных образовательных концепций) – М.: Изд-во «Совершенство», 1998. –
  3. Кунаковская Л.А. Педагогическая рефлексия как фактор профессионального самосовершенствования учителя : Автореферат дис.  канд. пед. наук: Воронеж, 2003
  4. Куценко О.С. Аборт или Рождение? Две чаши весов. – СПб, 2010.
  5. Михалев Г.С. Проектная рефлексия в формировании организационных структур корпоративных образований: моногр. / Г. Михалев; Сиб. гос. аэрокосмич. ун-т. - Красноярск, 2007.
  6. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии/ С.Л. Рубинштейн. - СПб.: Питер-Ком, 1999.
  7. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Основы психологической антропологии. Психология человека: Введение в психологию субъективности. Учебное пособие для вузов. – М. Школа-Пресс, 1996.
  8. Хеллингер Б.  Порядки Любви. Разрешение семейно-системных конфликтов и противоречий. М., Издательство Института Психотерапии, 2003.
  9. Шадриков В.Д.. Профессиональный стандарт педагогической деятельности (проект). (Под ред. Я. И. Кузьминова, В. Л. Матросова, В. Д. Шадрикова.) // Вестник образования. Апрель 2007.

 

Май 2015 года